власти в ряде первобытных обществ показало, что там, где женщина обладает большей властью и авторитетом в семье и обществе в целом, ее сексуальность регламентируется более тщательно. И наоборот — господство мужчин приводит к большему вниманию к мужской сексуальности (операции на гениталиях, табу растраты семени и т. п.). По мнению И. С. Кона, это отражает логику общественного сознания, когда поведение людей более высокого ранга регулируется в большей степени. И пока власть женщин невелика, мужчины меньше боятся женской сексуальности, но с возрастанием этой власти растет и тревога мужчин — эмансипация современных женщин, в том числе и сексуальная, вызывает у мужчин чувство демаскулинизации, что может служить причиной психической импотенции.
Возможно, поэтому во все времена эмансипированным женщинам приписывалась распущенность — одно дело сексуальность проститутки, стоящей на низшей ступени социальной лестницы, и другое дело — женщины, обладающей той или иной степенью свободы (а стало быть, и не вполне подчиняющейся господству мужчин, т. е. даже не отобравшей у них власть, а просто уменьшившей ее).
Еще одним примером того, что сексуальное поведение связано со статусной иерархией, может служить отношение к девственности. Так, в примитивных обществах, где женщина не имеет власти, девственности не придают значения. Но когда статус женщины повышается, ее девственность приобретает высокую социокультурную ценность, особенно у дочерей вождей, и дефлорация высокостатусной девственницы повышает социальный статус молодого мужчины, даже если она сопровождается насилием. Правда, Маргарет Мид (1988) описывает другие ситуации, когда даже при той сексуальной свободе, которая имеется у самоа, и где тайное лишение девственности (моетотоло) обычных девушек вполне допустимо, но отношению к таупоу — дочери вождя — такое действие карается смертью виновника или, по крайней мере, изгнанием из деревни.
назад далее